...сам-себе-sputnik... (alexx_off) wrote,
...сам-себе-sputnik...
alexx_off

Category:

б/н. ROCK-N-ROLL CITY

Субботнее чтиво для Алексея Алексеевича


Интервью это делалось Тремя АмигоTM в самом конце 2008 года для задуманного Дереком одного интересного проекта, который, к огромному сожалению, так и не был завершён. И задачи проговорить всю историю группы Rock'n'Roll City перед нами не стояло. Поэтому, некоторые очевидные с точки зрения сегодняшнего дня вопросы, как то работа с бывшим лидером Алисы Святославом Задерием над его альбомом "В рок-н-ролльном сите" и панкование с Андреем "Свином" Пановым, так и не были заданы.

Итак, Василий "Basil" Серов – гитара, вокал
Андрей "John" Синчук – бас (экс-Нокаут)
Евгений "Jackson" Павлов – ударные (экс-Россияне, Нокаут, Скорая Помощь и т.д.)



Бэзил, твои соратники были одними из пионеров металла в СССР. А как у тебя проснулась любовь к этой музыке?

Василий "Бэзил" Серов: Это даже не любовь, а безысходность. Я закончил музыкальную школу по классу скрипки, хотя и не думал, что возьму в руки музыкальный инструмент. Я тяготел к тому, чтобы рисовать. А когда мне было лет пятнадцать, у нас во дворе собирались взрослые мальчишки, и я стал замечать, что девушки более благосклонны к тем, кто с гитарой. Жил я в маленьком городке на Кольском полуострове. Туда все новомодные веяния доходили лет через двадцать. И я не то, чтобы подружился с музыкой, а пытался что-то найти. Не получалось до тех самых пор, пока я не купил себе первую гитару, заработав деньги своими руками в шестнадцать лет. Но ничего не получалось. И не было у меня друзей, которые показали бы мне, как это делается. И я стал ходить в гости к играющим ребятам, которые были старше меня. Сидел и смотрел, что и как они делают. Мне никто не показал в жизни ни одного аккорда. Клянусь. Я спал с гитарой. Я приезжал домой поздно, укрывал гитару одеялом и ложился спать. Первое, что я делал утром, когда пальцы болели, - я играл. Я знал уже, что если поиграть две-три минуты, то у тебя пальцы болеть перестанут. Я играл на Севере в студенческом ансамбле. Неплохие деньги зарабатывали, перепевая Машину Времени, Smokie и многое другое. А потом была армейская служба, и вот я оказался здесь, в Питере. В 1987 году. И я понял, что ничего в этой жизни не знаю. Я приехал сюда никого не зная, и начинал с нуля. Меня жена выгнала из дома за то, что вместо того, чтобы принести зарплату домой, я купил себе инструмент. Мы назывались в 1989 году ЧАСТНАЯ ПРАКТИКА, потом я не помню, что у нас было. Мы пытались вписаться в Рок-Клуб, но госпожа Слободская попросила нас удалиться, потому что у нас не было изюминки. Это были те самые перестроечные времена, когда все люди пели о говне и прочих нехороших вещах. Им казалось, видимо, что всё это здорово. А мы тогда пели – ещё на русском языке – про любовь, про чай, про кофе… И я понял, что от централизованных лабораторий я в стороне. И вот тут случай свёл меня с Джоном. Тогда он лежал в больнице с тяжёлым недугом. Был барабанщик, был я, и мы знали уже что хотим исполнять. Мы хотели выбрать что-то из массы зарубежных вещей, но не повторять чужое, а сделать что-то своё. И вот когда я познакомился с Андреем, то у нас в ROCK-N-ROLL CITY всё и завертелось. Причём завертелось с такой быстротой!

И как образовалась группа?

Андрей "Джон" Синчук: Однажды я лежал в больнице, и ко мне приходили друзья. Причём, в косухах и большими толпами. Врачи прятались по кабинетам. В какой-то день друзья пришли с Бэзилом. Мол, познакомьтесь, у чувака команда, но есть проблема с басистом. И Бэзил позвал на репетицию. Я бросил нафиг эту больницу, приехал на репетицию, и всё покатило.
Бэзил: Это был 1991 год. К тому времени я перепробовал массу бас-гитаристов, ища человека, от которого я могу чем-то заразиться, который может чем-то помочь мне самовыразиться. И Джон тут же поддержал меня, сказав, что в исполняемой нами англо-саксонской музыке, нужно не уподобляться западным командам, а делать своё. Мы не рушим их культуру, мы привносим туда, но на их основе. И с тех пор русский язык в нашем рок-н-рольном творчестве умер. Хотя потуги были. Но они были больше от безысходности. Нет, у меня всё в порядке с поэзией на русском языке. Но это мне не то, чтобы не нравилось… Я ненавидел, когда ты играешь музыку заведомо "ненашего" образца по-русски.

А откуда появилось название?

Бэзил: Оно выросло из ощущения, что Питер – город рок-н-ролла. Потом мы с Джоном перевели это название на английский язык, и получилось ROCK-N-ROLL CITY. Фраза, конечно, получилась длинной, и в афишах писалась мелкими буквами.
Джон: Нас на сцене трое. Но нас окружает столько людей, что это уже целый город. Город людей, которые нам помогают, которым мы благодарны за сотрудничество.

Но изначальный состав Rock'n'Roll City не сказать, чтобы был стабильным…

Бэзил: В самом начале мы играли вчетвером: барабанщик Владимир Замыцкий, басист Джон, я – как гитарист и вокалист, и соло-гитарист Дмитрий. Но от него мы отказались, потому что ещё одна гитара, как мы понимали концепцию всей этой музыки, нам мешала. Много гитар я не люблю. Хватит меня одного.
Джон: Потом мы поругались с барабанщиком.
Бэзил: Кстати, хорошим пацаном и хорошим ударником. Большой респект Владимиру!
Джон: Попробовали несколько барабанщиков, но всё было не то. И когда мы собрались ехать в Германию, нас оставил очередной. Но у меня даже в голове не было мысли позвонить Жене, которого я знаю полжизни.

И как же тогда Евгений оказался в группе?

Евгений "Джексон" Павлов: Я как-то раз ехал в ДК Карла Маркса играть с оркестром на танцах "Для тех, кому за 40". А на метро "Балтийская" шёл чувак с гитарой и хайром. Я подошёл к нему и поинтересовался, кто он и где играет. Велел передать привет Джону. Так мы с Бэзилом и познакомились. Он позвал меня на репетицию. Я приехал, да так и остался.
Бэзил: Женя в зале послушал одну или две композиции, а потом пошёл расставлять барабаны так, как ему надо. Он уже оставался. Это был 1994 год.
Джон: С тех пор так и повелось.

И как обстояли дела с концертами?

Бэзил: Этим составом мы первый раз выступили на Лиговке в клубе "Гора". После того концерта мы с женой соорудили тот флаг, который является нашим символом, нашим оберегом. Мы не так часто, к сожалению, вешаем его в качестве задника. Мы готовились к большим выступлениям у себя на репетиционной базе. Затем Андрей "Бегемот" пригласил нас на Алтайскую в клуб "Жаба". Там играло команд 6 или 8 во главе с ФРОНТом. Потом в прессе писали, что мы забросали всех презервативами… Тогда у нас с женой были очень хорошие отношения, но презервативов было больше, чем отношений, и я решил их куда-то деть. И Джон предложил сложить их в коробку от вермишели, потому что наша администратор Люба Малышева нам это запрещала. А запретный плод сладок… И я как сеятель всё разбросал. Пива было по колено, гандонов было ещё больше – сейшн удался на славу. Это был второй наш концерт, который запомнился всем. Кстати, Любе спасибо ещё и за то, что благодаря ей мы стали поигрывать панковскую музыку.
Джон: У нас были гастроли по Мурманской области – Кировск, Апатиты – и какой-то очень ответственный журналюга бегал за нами, выспрашивая всё до мелочей. И после нашего отъезда в двух местных газетах вышли две совершенно противоположные статьи. Одна его – хвалебная – что наконец-то к нам приехала нормальная группа; а другая – "Под чёрным флагом рок-н-ролла" – о том, что со всего города на концерт сбежались подонки, которых раньше в городе и не видели.

А в следующем году вышел альбом "Mad Pilot"…

Бэзил: Наш альбом, записанный на "Мелодии" в 1995 году не вызывает у меня особого трепета. При наличии всевозможной аппаратуры не было грамотного специалиста. Запись – процесс бесконечный. Хотя, больше двух дублей на номер делать не стоит. Слушаешь сырой материал – вроде бы всё ничего. А в конце получается, мягко говоря, не то, что хотел.
Джон: Там проблемы со сведением, с мастерингом. Да много с чем.
Джексон: Материал там неплохой, клёвый. И за давностью лет он воспринимается совсем по-другому. Но у нас были очень короткие смены – три часа. Пока расставишься, пока настроишься, уже и собираться пора. Многое зависит от настроения, от вдохновения, от эмоционального подъёма.
Джон: К тому же смены были утренними, а я с утра в творческом упадке. У меня подъём к вечеру.

Музыка на альбоме откровенно "моторхэдистая"…

Бэзил: Да, мы тогда по стилю напоминали незабвенный Motorhead, который всё никак не мог приехать. И ребята на концертах говорили: "Ну не приезжают, и не приезжают. У нас есть вы!"

А почему несколько лет спустя группа распалась?

Бэзил: Никто этого не скажет. Просто однажды мы взяли и не пришли на репетицию, хоть её никто и не отменял. У нас не запал кончился – мы к тому моменту подготовили великолепный материал. У нас песен было на два альбома. Мы двигались вперёд, я чувствовал, что мы идём… Но, как будто что-то свыше решило, что хватит. Это был 1998 год. Суровые настали времена. Мне было тяжелее, поскольку жизнь начала скакать. И сильно скакала. Я жил то там, то здесь. У Джона тоже было немало личных проблем. Мы не ссорились… Мы перезванивались все эти десять лет. Женя никогда не бросал музыку, чтобы не выходить из колеи. Он играл и играл, держа себя в форме, три года приглашал меня на свои концерты, но я так ни разу и не пришёл.
Джексон: Ты в Красном Селе жил, далеко ездить было.

Группы не было на сцене десять лет. Что повлияло на желание собраться снова?

Джон: Пришли мы к Жене на концерт, выпили водки и решили, что хватит дурью маяться. Раз, и собрались.
Бэзил: И когда мы собрались, то поняли, что назад дороги уже нет. Год ушёл на то, чтобы доказать публике, что мы живы и играем минимум на прежнем уровне. И нас хватит ещё и на будущее.
Джон: Мы первый раз после десятилетнего перерыва вышли на сцену на фестивале в кафе мод. Нам было страшно. Но мы заняли первое место и сняли призовой фонд.
Джексон: Нас объединяет музыка. Мы стараемся… Мы не умеем делать это плохо. У нас красивые мелодии, красивые гармонии и красивые ритмические функции. В клубах стоят неплохие аппараты, на которых мы достойно звучим. Что нам самим не может не нравиться.
Джон: Когда мы играем, у нас всегда замечательно.
Бэзил: Люди стали говорить, что на наших концертах, как в молодость окунаются… Мы, действительно, не стоим на месте. И молодёжь воспринимает эту музыку, как свою. Для них это вполне современно.

И что ждать дальше от Rock'n'Roll City?

Бэзил: Мы будем заниматься тем, чем хотим. И здесь палки в колёса нам лучше не ставить!
Джон: Сейчас группа готовит новый альбом. Но когда он будет – пока не ясно…


К сожалению, вскоре после этого интервью не стало Джона. А спустя год-другой группа Rock'n'Roll City плавно превратилась в "моторовский" трибьют-проект Outhead. А к сегодняшнему дню там нет уже ни Бэзила, ни Джексона.

Пару лет назад мы пытались довести этот материал до ума, но Бэзил, поначалу отнёсшийся к этой идее с энтузиазмом, перестал выходить на связь...


Интервью: Александр "Derek" Зайцев, Виталий Куликов, Александр Кокорев, Александр "Alexx-Off" Молодяков. (с) 2008
Tags: МеталРус, Три Амиго, разговоры-разговоры
Subscribe

  • (no subject)

    Утро. Метро. Некрасивая девица с двумя набитыми под правым глазом зелёными стрелами. Интересно, у них, у жаб, так принято Иван-царевичей считать?

  • Street style

    Утро. Метро. Девица в рваных на коленях трениках...

  • Джигит, блин

    Утро. Многополосная дорога с односторонним движением. По проезжей части навстречу потоку лихо катит какой-то Шышламбек сказу на двух…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments